Главная / Американская поэзия / Уолт Уитмен / НА БРУКЛИНСКОМ ПЕРЕВОЗЕ

НА БРУКЛИНСКОМ ПЕРЕВОЗЕ

Уолт Уитмен

Понравилось?
Проголосовало: 1 чел.
НА БРУКЛИНСКОМ ПЕРЕВОЗЕ

<> 1 <>

Река, бурлящая подо мной! Тебе смотрю я в лицо!
Вы, тучи на западе, ты, солнце почти на закате, вам
также смотрю я в лицо.

Толпы мужчин и женщин, в будничных платьях, как все вы мне
интересны!
И тут, на пароме, сотни и сотни людей, спешащих домой, вы все

для меня интересней, чем это кажется вам,
Вы все, кто от берега к берегу будете год за годом переезжать
на пароме, вы чаще в моих размышленьях, чем вам
могло бы казаться.

<> 2 <>

Неощутимую сущность мою я вижу всегда и во всем.
Простой, компактный, слаженный строй, - пускай я распался
на атомы, пусть каждый из нас распался, - мы все -
частицы этого строя.
Так было в прошлом, так будет и в будущем,
Всечасные радости жизни - как бусинки в ожерелье -
при каждом взгляде, при каждом услышанном звуке, везде,
на прогулке по улицам, при переезде реки,
Теченье, так быстро бегущее, спешащее вместе со мною туда,
далеко,
И следом за мною - другие, и связь между ними и мной,
Реальность этих других, их жизнь и любовь, и слух, и зренье.

Другие взойдут на паром, чтоб с берега ехать на берег,
Другие будут смотреть, наблюдая теченье,
Другие увидят суда на севере и на западе от Манхаттена,
и Бруклинские холмы на юге и на востоке,
Другие увидят большие и малые острова,
Полвека пройдет, и на переправе их снова увидят другие,
и снова солнце увидят, почти перед самым закатом,
И сто лет пройдет, и много еще столетий, и все это снова увидят
другие,
И будут радоваться закату, и спаду прилива, и обнажившему
берег отливу.

<> 3 <>

Ничто не помеха - ни время, ни место, и не помеха -
пространство!
Я с вами, мужчины и женщины нашего поколения и множества
поколений грядущих,
И то, что чувствуете вы при виде реки или неба - поверьте, это
же чувствовал я,
И я был участником жизни, частицей живой толпы, такой же,
как всякий из вас,
Как вас освежает дыханье реки, ее широкий разлив - они и меня
освежали,
Как вы стоите над ней, опершись о перила, несомые быстрым
теченьем, так сам я стоял, уносимый,
Как видите вы, так видел и я неисчислимые мачты,
широкоствольные трубы больших пароходов я видел.

Я сотни раз пересекал эту реку и видел солнечный диск почти
перед самым закатом,
Я видел декабрьских чаек, я видел, как на недвижных крыльях
они парят над водой, слегка покачиваясь в полете,
Я видел, как желтый луч зажигает их оперенье,
но часть его остается в глубокой тени,
Я видел медлительные круги, друг за дружкой бегущие борозды
от кораблей, направлявшихся к югу,
Я знаю, как небо, по-летнему синее, отражается в тихой воде,
Я знаю, как ослепляет сверкающий солнечный след,
Как выглядит ореол из лучей, подобных тончайшим
центростремительным спицам, вкруг тени, упавшей
от моей головы на воду, искрящуюся под солнцем,
Я любовался прозрачной дымкой, окутывающей холмы на юге
и юго-западе,
Смотрел на дымы, косматые, словно овечье руно,
и чуть отливавшие фиолетовым,
Смотрел на внешнюю гавань и на входящие в порт корабли,
Следил, как приближались они, и на них были те, кто мне близки,
Я видел белые паруса плывущих шлюпок и шхун и видел суда
на якоре,
Матросов, крепящих снасти, карабкающихся на мачты,
И круглые мачты, и зыбкие палубы, и змейками вьющиеся
вымпела,
Большие и малые пароходы, и лоцманов в лоцманских будках,
И белый след за кильватером, и колеса, дрожащие в быстром
вращенье,
Я флаги всех наций видал, я видел, как опускают их на закате,
Как черпают землю со дна машины, и волны бегут кружевами,
крутя и дробя свои белые гребешки,
Пространства, бледнеющие вдали, и в доках гранитные серые
стены портовых складов,
И ввечеру, на светлой воде - темнеющие буксиры, прижавшиеся
к бортам широких, медлительных барж, и лодки, груженные
сеном, и кое-где - запоздалые лихтеры,
И там, во тьме, на другом берегу - разверстые зевы плавильных
печей, пылающих ярко, слепящих глаза, бросающих свет
на кровли домов и в провалы улиц из черноты, где бешено
пляшет их красный и желтый огонь.

<> 4 <>

И это, и все, и везде казалось мне точно таким же, каким оно
кажется вам,
Я очень любил города, я любил величавую, быструю реку,
Все женщины, все мужчины, которых я узнавал, были мне близки,
И так же другие - все те, кто меня вспоминают в прошедшем,
потому что я видел их в будущем

(Это время придет, хоть я еще здесь - и днем и ночью
я здесь).

<> 5 <>

Так что же тогда между мной и вами?
Что стоит разница в десять лет или даже в столетья?
И что б это ни было, в этом ли дело, когда ни пространство;
ни время не могут нас разделить;
И я жил на свете, я Бруклин любил - обильный холмами, был
он моим,
И я бродил по Манхаттену, и я в омывающих остров соленых
водах купался,
Меня, как вас, волновали внезапно рождающиеся вопросы,
Днем, среди шумной толпы, они набегали вдруг на меня,
И ночью, когда приходил я домой, когда лежал я в постели,
они являлись ко мне,
И я возник из водной стихии, из которой возникла вся жизнь,
И, обретя свое тело, обрел я и личность свою,
И то, что я существую, познал через тело свое, и то, чем я мог
стать, через тело свое и познал бы.

<> 6 <>

Не только на вас падают темные тени,
И на меня извечная тьма бросала тени свои,
Мне лучшее, что сотворил я, казалось пустым, сомнительным,
Но разве и вправду не были мелки те мысли, что мне
представлялись великими?
Не вам одним известно, что значит зло,
Я тоже знаю, что значит зло,
Я тоже завязывал старый узел противоречий,
Я болтал и смущался, лгал, возмущался, крал и завидовал,
Я был похотлив, коварен и вспыльчив, - мне стыдно сказать,
какие таил я желанья,
Я был капризен, тщеславен, жаден, я был пустозвон, лицемер,
зложелатель и трус,
И волк, и свинья, и змея - от них и во мне было многое,
Обманчивый взгляд, скабрезная речь, прелюбодейные мысли -
всем этим грешил и я сам,
Упрямство, ненависть, лень, надменность и даже подлость -
во всем этом был я повинен.
Я был такой же, как все, и жил я так же, как все.
Но шел ли я мимо иль приближался - меня называли по имени
звонкие, громкие, юные голоса,
Когда я стоял, я чувствовал на шее их руки, когда я сидел, меня
небрежно касалось их тело,
Я видел многих, кого любил, на улице, на пароме,
в общественных залах - но я никогда не говорил им ни
слова,
Я жил одною жизнью со всеми, я так же смеялся, терзался
и спал,
Играл свою роль, как пристало актеру или актрисе,
Все ту же старую роль, которая - как сумеешь - будет великой,
Иль малой, если не сдюжишь, или великой и малою вместе.

<> 7 <>

И вот я к вам приближаюсь,
Как думаете вы теперь обе мне, так думал я прежде о вас - я
готовился к вашему приходу.
Я долго, серьезно думал о вас прежде, чем вы родились.

Кто мог предвидеть, что так оно будет?
Кто знает, как я этому рад?
Кто знает - а что, если я, несмотря на все разделившее нас
расстояние, в эти минуты смотрю на вас, хоть вам-то мена
не дано увидеть.

<> 8 <>

Ах, что может быть величавей, что может быть для меня
прекрасней, чем этот Манхаттен, вздыбленный мачтами?
Моя река, и закат, и кружевные шалящие волны прилива?
И чайки, покачивающие корпус, и в сумерках лодки, груженные
сеном, и кое-где запоздалые лихтеры?

Какие боги прекраснее тех, кто пожимает мне руку, чьи голоса,
любимые мной, зовут меня быстро и громко по имени,
когда я приближаюсь?
Что может быть крепче бесплотных уз, надежно меня связавших
и с женщиной и с мужчиной, которые смотрят мне в лицо?
Что с вами сплавляет меня теперь и в вас перельет мои мысли?

Не правда ли, мы понимаем друг друга?
Что я обещаю без слов - вы разве не приняли молча?
Чему не научит ученье, чего не достигнет и проповедь -
достигнуто нами, не правда ли?

<> 9 <>

Струись, река, поднимайся вместе с приливом и снова отхлынь,
когда настанет отлив!
Шалите, играйте, гребенчатые, закрученные барашками волны!
Закатные, многоцветные облака! Своей красотой захлестните
меня и все поколенья мужчин и женщин, которым явиться -
после меня!
Переезжайте от берега к берегу, несметные, шумные толпы!
Вздымайтесь, высокие мачты Маннахатты! Вздымайтесь,
прекрасные всхолмия Бруклина!
Пульсируй, мой любознательный мозг! Ставь вопросы и сам
ответствуй!
Вглядись в извечный поток явлений!
Гляди, влюбленный и жаждущий взор, на улицы, в жилища,
в большие общественные залы!
Звучите, юные голоса! И громко и музыкально зовите меня
по имени!
Живи, старуха жизнь! Играй свою роль, как подобает актеру или
актрисе!
Играй свою старую роль, которая велика иль мала - зависит от
каждого, кем эта роль создается!
Представьте все, кто читает меня: а вдруг, невидимый вами,
теперь смотрю я на вас;
Вы крепкими будьте, перила, и впредь, чтобы поддерживать тех,
кто праздно облокотился и все же спешит вслед
за спешащей рекой;
Летите, птицы морские! Летите вдаль или чертите круги, - большие
круги высоко над водою;
А вы принимайте летнее небо, вы, синие воды, держите его, чтоб
каждый опущенный взор мог досыта им насладиться;
Лучитесь, тончайшие спицы света, вкруг тени от моей головы иль
от другой головы на освещенной солнцем воде!
Вы, корабли у входа в гавань! Плывите туда иль обратно, - ты,
белопарусный шлюп, вы, лихтеры, быстрые шхуны!
Вздымайтесь гордо, флаги всех наций! И опускайтесь в свой час
на закате!
Взметайте свой пламень ввысь, плавильные печи! Бросайте
в сумерки черные тени! Бросайте на крыши домов
то красный, то желтый свет!
Явленья, отныне и впредь являйте сущность свою!
А ты, неизбежный покров, продолжай обволакивать душу.
Над телом моим для меня, над вашим телом для вас пусть реет
божественный наш аромат,
Цветите, вы, города, - несите к ним грузы свои, несите свое
полноводье, широкие, сильные реки,
Растите, и ширьтесь, и будьте выше всего, что явлено в царстве
Духа,
Материя, существуй, ибо что же другое бессмертно!
Вы ждали, безгласные лики, вы ждете, всегда прекрасны,
И мы принимаем вас, не колеблясь, мы жаждем вас неизменно,
А вы не отринете нас, пред нами не затаитесь,
Вы наша помощь во всем, мы вас не отвергнем - мы вас
утверждаем в себе,
Мы вас не исследуем, нет! - Мы просто вас любим - ибо вы
совершенны.
Вы отдаете лепту вечности,
И - велики вы или малы - вы отдаете лепту душе.

Rambler's Top100 Союз образовательных сайтов